Ложь и правда о «бунте» в женской колонии Восточного

Омутнинские вести+

После того, как в ИК-18, расположенной в поселке Восточный Омутнинского района умерла заключенная, в прессе последовала серия публикаций, в которых нелестно отзывались об условиях содержания в учреждении. Для прояснения ситуации 24 марта в колонию выехали члены Общественной наблюдательной комиссии Кировской области.

kolonija

Для читателей «ОВ+» необходимо пояснить предысторию события, которую рассказали членам ОНК Дмитрию Смагину и Анне Зайцевой заключенные. В колонии 12 января 2016 года умерла заключенная Нина Целоусова, у которой было тяжелое хроническое заболевание.

Вечером, в 17 часов женщину в медсанчасть привели под руки две заключенные. По словам заключенной, находившейся там, когда Нина шла, ее «повело», и она начала задыхаться. Заключенная попросила других женщин пропустить Нину без очереди. Позднее она узнала, что больной только сделали укол, но не оставили в медсанчасти, не увезли на «скорой» в ЦРБ, а привели обратно в отряд, откуда потом вынесли на носилках. Все это зафиксировали камеры видеонаблюдения, расположенные на территории учреждения.

Медицинское обслуживание

Начальник медчасти учреждения Рафаил Файрулин, ссылаясь на закон о защите персональных данных, информацию о заболевании Нины Целоусовой не раскрыл. Он лишь рассказал, что все выписанные препараты женщина принимала постоянно. Утром и вечером ей давали таблетки, и время от времени предоставлялся постельный режим.

С января 2016 года в колонии закрыли стационар и больных, нуждающихся в стационарном лечении, сейчас отвозят на «скорой» в ЦРБ. Но врач считает, что тогда показаний для вызова «скорой» и отправки больной в стационар не было.

На вопрос, изменилось ли что-нибудь в колонии после смерти заключенной, Рафаил Маратович ответил, что все осталось по-прежнему. Однако другие заключенные так не считают. По их словам, медработники к ним стали более внимательны.

Условия содержания многих устраивают

После смерти Нины Целоусовой Юлия Шубина и Полина Невареных, отбывающие срок в колонии, написали письма в редакцию «Вятского наблюдателя». Письмо у первой после прочтения сотрудниками колонии было отправлено, хотя многое из того, что говорилось в письме, по словам и сотрудников и заключенных – не подтверждается.

Например, осужденные не согласны с тем, что в помещениях отрядов минусовая температура и женщины ходят в непросушенном белье. Как объяснили сотрудники колонии, теплоноситель по сравнению с прошлым годом немного снижен, но температура соответствует нормативу, что и подтверждают другие заключенные.

Единственная жалоба их была на то, что верхнюю зимнюю одежду им не стирают в банно-прачечном комбинате, и им приходится это делать самим в подвале отряда.

По мнению некоторых заключенных все жалобы, которые были озвучены в письме Юлии Шубиной – сплошное вранье.

А был ли бунт?

– Никакого бунта не было, – считают женщины из отряда, в котором содержалась умершая Нина Целоусова. – Просто была попытка одной из заключенных – Полины Невареных – привлечь к себе внимание. Она и Юлия Шубина работали в колонии рабочими по обслуживанию, и 13 марта они обе грузили в машину тело умершей женщины. Обе решили, что именно эту работу они не должны были делать.

Полина 6 марта написала ходатайство на условно-досрочное освобождение, а 9 марта произошло ЧП, которое свело на нет все ее попытки скорой свободы. Об этом членам ОНК рассказали все, в том числе и сама Полина. Она решила порезать себе вены, о чем громко объявила, а потом держала в напряжении полтора часа всех своих подруг по несчастью и сотрудников колонии.

Полина Невареных, держа в руке лезвие, и обвиняя во всех бедах начальника колонии, требовала с ним встречи. Как выяснилось, буквально до обеда у них уже был разговор в дежурной части о заявлениях об увольнении с работы ее и Юлии Шубиной. Им объяснили, что поскольку Юлия признана инвалидом, то она может не работать, и ей заявление было подписано сразу. В отношении же Полины руководство колонии решило подождать до конца праздничных мартовских выходных.

Этот инцидент никак не был связан со смертью Нины Целоусовой – так считают и начальник колонии Алексей Пшеничников, и заключенные.

По мнению некоторых осужденных, встретившихся с членами ОНК, поступок Полины вызвал возмущение среди других заключенных.

«Все это попало в прессу, и наши родственники будут думать, что мы здесь живем в ужасных условиях и подвергаем себя опасности, хотя это совсем не так. Авторитета среди других заключенных она не заработала, совершив бессмысленный поступок».

Posted in СМИ про нас.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *